В первой книге «Размышлений» Марк перечисляет по именам всех, кому обязан своим складом. Рустику — за то, что дал ему «Беседы» Эпиктета в нужный момент.
Рустик был учителем строгим и непоказным. Он учит юного Марка не красивым речам, а честному взгляду на собственные мысли. От него я научился не впадать в риторику ради риторики, напишет Марк десятилетия спустя.
Тетрадь с записями Эпиктета — не просто ещё одна книга. Это встреча двух миров: императорский дворец в Риме и скромный дом в провинциальном Никополе. Бывший раб и будущий правитель половины известного мира. Один не имел почти ничего, другой получил всё, что можно получить. И оба порознь пришли к похожим выводам о том, что имеет значение.
Марк читает Эпиктета всю оставшуюся жизнь. Цитирует в «Размышлениях» не всегда дословно, но постоянно. Чужие мысли врастают в его собственные так, что граница между ними стирается.
Возможно, это лучшее, что учитель может сделать для ученика, — незаметно исчезнуть внутри него. Рустик дал тетрадь вовремя. Эпиктет дал язык для мысли. Марк написал этим языком свой дневник. Что всё это переживёт два тысячелетия, никто из троих не планировал.