Казна пуста. Маркоманны перешли Дунай, легионам нужно жалованье и оружие, а поднять налог — значит содрать последнее с провинций, которые чума и без того обескровила.
Марк выбирает другое. Он открывает дворцовые кладовые.
На форуме Траяна два месяца идёт распродажа. Золотые кубки, шёлк, статуи, хрусталь. Выносят и вещи Фаустины — её украшения, её затканные золотом платья. Толпа глазеет: император торгует собственным домом, как разорившийся наследник.
Он не отводит глаз. Пусть смотрят. Лучше пусть уйдёт стекло и золото, чем хлеб у того, кому и так нечего есть.
Писцы записывают выручку; монеты пересыпают в сундуки, звенит серебро. Кто захочет — потом выкупит свою покупку назад в казну, кто не захочет — оставит себе, Марк не в обиде.
Странная арифметика власти: чтобы не брать у бедных, богатейший человек мира распродаёт свою посуду.
Через год-другой, когда война выправится, он не станет требовать вещи назад силой.
Мы привыкли, что власть тянет к себе. Изредка попадается такая, что отдаёт первой.