Правило своё Джамбаттиста Вико сформулировал в 1710 году, в книге о древнейшей мудрости италийцев, и записал по-латыни: истинное и сделанное обращаются.
Значит это следующее. Знать вещь по-настоящему может лишь тот, кто её сделал. Природу сделал Бог, и потому вполне знает её он один. Человек изучает её снаружи и по догадке. А мир гражданский — языки, обычаи, законы, государства — сделали люди, и потому его можно знать изнутри.
Отсюда вывод, для XVIII века вызывающий. История познаваема надёжнее физики.
Из этого выросла «Новая наука», вышедшая в 1725 году и переписанная им дважды.
Устройство её такое. Все народы проходят три века: божественный, героический и человеческий. Каждому соответствует свой язык — сначала знаки и обряды, потом образы и гербы, потом обыкновенная речь. Свой строй права, свой склад мышления. Дойдя до конца, народ распадается и цикл начинается заново; Вико называет это возвратом.
Оттуда же его положение о Гомере, которое потом подхватят филологи. Гомер не был отдельным человеком: поэмы сложил греческий народ, а имя обозначает не автора, а способ, каким тогда сочиняли.
При жизни книгу почти не читали. Вико был профессором риторики в Неаполе на самом малом жалованье, содержал семью уроками и умер в бедности.
Нашли его в XIX веке. Мишле перевёл его на французский, Кольридж читал по-итальянски, а Маркс сослался на него в примечании к «Капиталу» — как раз по поводу того, что история техники поддаётся изучению лучше истории природы.