A contrario — «от противного». Приём толкования: если закон говорит «наследуют сыновья», значит, дочери — нет; если разрешено одно, противоположное запрещено. Юристы называют это argumentum a contrario и применяют осторожно: он работает только там, где законодатель перечислял исчерпывающе. Иначе из «собак впускать» выводится «кошек не впускать», а законодатель о кошках просто не думал.
В логике то же имя носит другой приём — доказательство от противного: допусти обратное, получи противоречие, значит, верно исходное. Евклид так доказывал бесконечность простых чисел. Стоики любили этот ход; Хрисипп строил на нём условные силлогизмы.
Но стоики же предупреждали, где он ломается. Противоположное ложному не обязательно истинно: между «всё благо» и «всё зло» лежит безразличное, и большая часть мира — там. Кто рассуждает a contrario о людях, получает: раз он не друг — враг. Раз не согласен — против. Сократ спрашивал Менона, что такое добродетель, и показывал, что от противного её не выведешь: отрицание порока — ещё не добродетель.
Слово contrarium — «стоящее напротив». Напротив одного стоит многое. Приём выбирает одно и молчит об остальном.
Психология назвала эту ошибку ложной дихотомией и нашла её везде. Амос Тверски и Дэниел Канеман в 1981 году показали, что рамка «спасти 200» и «умрут 400» при одних данных даёт разные решения: люди рассуждают от противного, не замечая, что противное — то же самое.