Alter ego — другое я. Цицерон в трактате о дружбе пишет, что истинный друг есть как бы второй он сам; формулу приписывали и Зенону, и Пифагору, но в обиход её ввела латынь.
Условие у Цицерона стоит рядом и обыкновенно отпадает при цитировании. Второе «я» возможно только между людьми достойными: дружба, по его мнению, не заводится между дурными, потому что им нечего разделять, кроме выгоды.
Позже формула ушла в психологию и стала означать вторую сторону собственной личности, а затем и вовсе псевдоним. Смысл сместился с другого человека на себя.
Стоическая часть касается исходного значения. Oikeiosis — расширение круга своих — описывалось как включение другого в то, что считаешь собой; не метафора, а изменение границы.
Кацциоппо десятилетиями собирал данные о том, что затяжное одиночество связано с худшими исходами по здоровью, сопоставимыми с известными физическими факторами риска.
Сенека при этом предупреждал: суди прежде, чем доверишь. Второе «я» получает доступ туда же, куда и первое.
Отсюда осторожность римлян в раздаче этого звания. Друзей у Цицерона в трактате немного.