Cupiditas — «вожделение». Цицерон переводит этим словом стоическую epithymia и ставит в четвёрку главных страстей рядом со страхом, скорбью и наслаждением. Определение: мнение о будущем благе, которого — как кажется — надо добиваться. Слово мнение — ключ ко всей таблице: страсть у стоиков — не сила и не инстинкт, а ошибка суждения. Вожделение ошибается дважды: считает благом то, что не благо, и считает нужным гнаться за тем, что не в нашей власти.
Павел в послании к Тимофею назвал корень всех зол cupiditas — в Вульгате так переведена «сребролюбие», philargyria. Переводчик выбрал слово шире оригинала, и оно прижилось.
Спиноза сделал неожиданное: назвал cupiditas сущностью человека. Не пороком — стремлением, осознающим себя. Всё, что человек делает, он делает из cupiditas; вопрос лишь в том, ведёт ли её разум или внешняя причина.
Диоген выбросил чашку, увидев ребёнка, пьющего из ладоней. Не потому что чашка плоха. Потому что понял, что хотел её не он — хотела привычка.
Психология разделила хотение надвое. Кент Берридж в 1996 году показал, что «хотеть» и «нравиться» — разные системы мозга: дофамин гонит к тому, что может уже не нравиться. Cupiditas — это «хотеть» без «нравиться». Стоики лечили её проверкой: а мне это правда нужно? Ребёнок с ладонями отвечал за Диогена.