De visu — воочию, по виденному. Помета обозначает сведения, полученные собственными глазами, в отличие от пересказанных; ею до сих пор помечают описания в науке и ссылки в источниковедении.
Римский суд относился к различению серьёзно. Показание с чужих слов принималось иначе, чем свидетельство очевидца, а одного свидетеля не хватало и в лучшем случае.
Стоики требовали того же от представлений. Схватывающее представление, которому можно дать согласие, у них узнавалось по устойчивости при проверке — и первая проверка была именно этой: видел или слышал.
Лофтус десятилетиями показывала, до какой степени показания очевидца податливы: память достраивается вопросом, интонацией, паузой. Свидетель не лжёт — он пересказывает уже пересобранное.
Отсюда следует, что de visu не гарантия, а всего лишь более высокая ступень. Она отсекает пересказ и не отсекает достройку.
Практическая польза от пометы при этом сохраняется. Задав себе вопрос, видел ли я это или мне рассказали, человек отсеивает изрядную часть того, в чём был уверен.
Обычно выясняется, что видел он меньше, чем помнит.