Elephantum ex musca facis — делаешь слона из мухи. Поговорка греческая, у Лукиана она стоит в предисловии к «Похвале мухе»; в латинский обиход её ввёл Эразм, собравший в «Адагиях» несколько тысяч таких оборотов и снабдивший каждый разбором.
Стоическая работа с представлением начинается ровно с этого измерения. Эпиктет требовал от ученика первого движения: не отвечать представлению сразу, а спросить у него размер. Не «страшно ли», а «сколько».
Слон вырастает по понятной причине. Баумайстер с соавторами в 2001 году собрал обширные данные о том, что дурное действует на человека сильнее равного по величине хорошего: неприятность весит больше приятности при одинаковом весе. Муха, попав в эту систему мер, честно показывает слоновий вес.
Римское противоядие было счётным. Сенека, сняв комнату над банями, перечислял звуки — хрип поднимающего гантели, шлепок массажиста, вопль выщипывающего волосы — и в перечислении шум переставал быть невыносимым и становился длинным.
Демокрит на это смеялся. Ему было проще: он смотрел на нас со стороны.