Facta sunt potentiora verbis — дела сильнее слов. Формула ходовая, латинская по форме, а мысль в античности повторяли все школы, и ни одна не считала её банальной: слишком уж явно расходились у людей две эти графы.
Эпиктет отучал блестящего ученика говорить умно и приводил довод хозяйственный: овца не носит пастуху траву, чтобы показать, сколько съела, она приносит шерсть. Мусоний на вопрос, зачем философии упражнение, отвечал вопросом о враче и кифаристе.
Разрыв измеряли многократно. Обзор Уэбба и Шерана в 2006 году показал, что заметный сдвиг в намерениях даёт куда более скромный сдвиг в поведении: решимость плохо конвертируется сама по себе.
Хуже того, объявление намерения работает против него. Гольвитцер с коллегами в 2009 году получил данные о том, что публично заявленное намерение исполняется реже — признание окружающих даёт часть удовлетворения авансом.
Отсюда римская сдержанность в обещаниях, которую путают со скрытностью. Молчал не тот, кому нечего сказать, а тот, кто собирался сделать.
Формула, разумеется, тоже слова. Ирония эта была замечена ещё в античности и никого не остановила.