Ученик выходит из школы, встречает на рынке грубияна, сердится. Возвращается и жалуется: я разозлился, потому что он был груб.
Эпиктет отвечает: нет. Ты разозлился потому, что усвоил недостаточно. Усвоил бы — чужая грубость не поворачивала бы тебя, как ключ поворачивает замок.
В «Энхиридионе» на этот счёт есть правило и образ к нему. Никогда не называй себя философом и не рассуждай много о правилах среди невежд. Овцы не отрыгивают траву, чтобы показать пастухам, сколько съели: они переваривают её и приносят шерсть и молоко. Не выставляй напоказ правила, покажи дела, которые из них вышли.
Настоящая проверка — сама жизнь. Очередь в лавке, ссора с домашними, болезнь, неудача в деле. Если там что-то переменилось, занятия имели смысл. Если там всё по-прежнему, занятия были разговорами о занятиях.
Немедленного совершенства Эпиктет не требует. Он требует честности: видишь ли ты разницу между собой сегодняшним и собой год назад?
Педагогика жёсткая, но она защищает от самого удобного самообмана — когда человек читает стоиков и на этом основании считает себя стоиком.
Стал или нет — видно не на занятии. Видно на рынке.