Fatis agimur, cedite fatis — «судьбы влекут нас, уступите судьбам». Хор поёт это в «Эдипе», и дальше идёт знаменитый образ: не переменят тревожные заботы неподвижных нитей веретена.
Формулу легко прочесть как призыв к покорности, и читали её так постоянно.
Стоическая доктрина, однако, различает два состояния при одинаковом исходе. Клеанф в гимне, который Сенека перевёл на латынь, просит вести его — и добавляет, что нежелающего судьба потащит всё равно. Направление одно, разница в том, кто идёт.
Уступка здесь, стало быть, относится к тому, что уже произошло, а не к тому, что предстоит делать. Хрисипп разбирал это подробно, отвечая на упрёк в бездеятельности: судьба у него включает и наши действия, а не отменяет их.
Возражение называлось «ленивым доводом» и звучало так: если всё предрешено, незачем звать врача.
Хрисипп отвечал, что выздоровление предрешено вместе с приходом врача.
Спор, к слову, идёт до сих пор. Формулировки переменились.