Homo liber de nulla re minus quam de morte cogitat — «свободный человек ни о чём так мало не думает, как о смерти». Полная теорема Спинозы продолжает: et eius sapientia non mortis sed vitae meditatio est — и его мудрость есть размышление не о смерти, а о жизни. Написано в 1670-х, посреди Европы, увешанной черепами и «memento mori».
Спиноза не отрицал смерть. Он отрицал её полезность как предмета мысли. Свободный человек живёт под водительством разума, а разум стремится к благу, а не бежит от зла; страх смерти — страсть, и мудрость в том, чтобы её не кормить. Думать о смерти, по Спинозе, — значит уже быть в её власти.
Стоики думали о смерти каждый день и сказали бы, что Спиноза их не понял. Их meditatio mortis — не страх и не мрак. Это ревизия: помнить, что срок есть, чтобы не тратить жизнь на лишнее. Сенека называл смерть выходом, а не концом, и думал о ней, чтобы жить смелее. Марк — чтобы не откладывать. Оба сказали бы, что размышление о смерти и есть размышление о жизни, просто с правильного конца.
Спор не о смерти. О том, помогает ли взгляд на край видеть дорогу.
Психология поддержала обоих. Теория управления страхом смерти с 1986 года показала, что напоминание о конечности делает людей защитнее — Спиноза был прав. Лаура Карстенсен в 1999 году — что суженный горизонт делает их точнее в выборе — правы стоики. Разница, кажется, в дозе.