In silentio et spe erit fortitudo vestra — «в молчании и уповании будет крепость ваша». Строка Исайи, обращённая к народу, искавшему военного союза с Египтом.
Контекст политический: пророк отговаривает от союза и предлагает вместо него бездействие.
Соединение силы с молчанием стало основанием для всей монашеской традиции безмолвия. Евагрий Понтийский и позже исихасты строили практику на этом стихе, и слово hesychia переводили именно как silentium и quies.
Хуан де ла Крус в XVI веке довёл линию до предела, назвав молчание первым языком.
Стоическая параллель существует, но обоснована иначе. Эпиктет требовал от учеников по большей части молчать — не ради силы, а ради экономии: сказанное вслух перестаёт быть предметом проверки.
Различие в источнике крепости. Одна традиция черпает её в ожидании помощи, другая — в отсутствии расхода.
Молчание при этом одинаковое. Оно снаружи не различается.