Nemo tam divos habuit faventes, crastinum ut possit sibi polliceri — «никто не имел богов настолько благосклонными, чтобы обещать себе завтрашний день». Хор поёт это в «Фиесте» — самой мрачной трагедии Сенеки, где брат подаёт брату его собственных детей за ужином.
Формула построена как отказ в кредите. Polliceri — торжественно обещать, обязываться; человек не вправе обязаться перед собой на завтра, поскольку не располагает предметом обязательства.
В прозе Сенека повторяет ту же мысль спокойнее: всё чужое, наше только время, — и добавляет, что откладывающий живёт в долг, которого ему никто не гарантировал.
Стоический вывод отсюда не мрачный, а деловой. Марк формулирует его в императиве: делай то, что сейчас перед тобой, с полной серьёзностью, поскольку иного расписания у тебя нет.
Хор в трагедии, разумеется, никто не слушает. Атрей уже приготовил ужин.
Зритель, впрочем, слышал.