Qui pro innocente dicit, satis est eloquens — говорящий за невиновного достаточно красноречив. Строка утешительная и, если понимать её буквально, неверная: римские процессы выигрывались риторикой, и Цицерон это доказал многократно, в том числе за виноватых.
Смысл её иной и практический. Она снимает отговорку. Человек молчит, когда при нём обвиняют несправедливо, объясняя это тем, что не умеет говорить, не найдёт слов, не готов. Публилий Сир отвечает: порог ниже, чем ты думаешь.
Стоическая iustitia требовала вмешательства как обязанности, а не как подвига. Марк писал, что действовать друг против друга противно устройству, как если бы верхний ряд зубов пошёл на нижний; бездействие при несправедливости он относил к тому же разряду.
Психологи описали эффект свидетеля: Дарли и Латане в 1968 году показали, что вероятность вмешательства падает с числом присутствующих — каждый ждёт другого. Ответственность размывается, и все молчат.
Тот же ряд исследований дал и обнадёживающее. Достаточно одного заговорившего, чтобы молчание рассыпалось.
Красноречия для этого действительно не требуется. Требуется первая фраза.