«Об обязанностях», книга третья. Цицерон подробно разбирает застарелый конфликт между полезным и честным.
Популярный аргумент звучит так: иногда действительно необходимо солгать ради большего общего блага. Государство порой требует жертв — в том числе и жертвы собственной честностью ради высшей цели.
Цицерон решительно отвергает подобный аргумент. Его собственный тезис таков: подлинно полезное и подлинно честное в конечном счёте вообще не могут по-настоящему противоречить друг другу. Если кажется, что они всё же расходятся, значит, кто-то попросту ошибся в самом расчёте.
Он разбирает несколько конкретных случаев. Можно ли продать заведомо больной товар, умолчав о самой болезни? Нельзя ни при каких условиях. Это подрывает саму основу доверия, на которой держится вся торговля как таковая.
Можно ли скрыть от покупателя, что на соседней улице тот же товар продаётся заметно дешевле? Это уже пограничный случай — здесь Цицерон занимает более мягкую позицию. Но активно и намеренно вводить в заблуждение — нельзя категорически.
Для действующего политика этот принцип оказывается ещё строже. Политик — не просто частное лицо. Его обман носит системный характер и напрямую разрушает саму основу общественного договора между гражданами.
Цицерон пишет это именно в год окончательной гибели республики. Он собственными глазами видит, как политическая ложь разрушает всё то, за что он боролся десятилетиями.
Его наблюдение при этом остаётся вполне практическим: долгосрочная политика, лишённая честности, оказывается неустойчивой по самой своей природе.