Scelera non ulcisceris nisi vincis — «за злодейства не отомстишь, если их не превзойдёшь». Атрей говорит это себе, замышляя месть брату.
Логика в строке безупречна и потому страшна. Равный ответ не есть месть — он есть уравнивание; чтобы отомстить, надо превысить, и превышение требует следующего превышения.
Сенека разбирает эту механику в трактате «О гневе»: мстящий не восстанавливает справедливость, а получает удовольствие, и меры ему поэтому неизвестна — он остановится не тогда, когда счёт сойдётся, а когда устанет.
Отсюда римская процедура. Магистрат тем и хорош, что ему неинтересно; иск об обиде существовал ровно затем, чтобы оскорблённый шёл к претору, а не к обидчику.
Марк формулировал короче: лучшая месть — не уподобиться.
Атрей, к слову, превзошёл. Он подал брату ужин, о котором Сенека пишет подробнее, чем следовало бы.