Sic transit gloria mundi — «так проходит мирская слава». Эта фраза стала частью ритуала папской коронации в Средние века: пока новый папа шёл к алтарю, церемониарий трижды сжигал пучок льна и произносил эти слова. Огонь угасает мгновенно — и вместе с ним угасает мирская слава.
Происхождение формулы обычно связывают с «Подражанием Христу» Фомы Кемпийского (ок. 1418–1427): «О quam cito transit gloria mundi» — «О, как быстро проходит мирская слава». Но идея много старше.
Марк Аврелий практиковал sic transit gloria mundi задолго до Кемпийского и без церемониальных огней. В «Размышлениях» он перечислял великих людей прошлого — Александра, Цезаря, Августа — и спрашивал: где они теперь? Не риторически. Буквально: слава, которую они завоевали, продолжается только в той мере, в какой о ней помнят. Память конечна.
Это наблюдение освобождало, а не угнетало. Если gloria mundi транзитна — незачем строить всю жизнь ради неё. Что остаётся? Действие, которое было правильным в момент совершения, независимо от того, запомнит ли его кто-нибудь.
Сенека писал Луцилию: «Vivere militare est» — жизнь есть военная служба. Но солдат не служит ради того, чтобы его имя оставалось в хрониках. Он служит потому что это его дело сейчас. Sic transit gloria mundi — не приговор, а освобождение от неправильной цели.