Tempus tacendi et tempus loquendi — «время молчать и время говорить». Строка входит в знаменитый перечень третьей главы, где каждой вещи под небом назначен свой срок: время рождаться и умирать, насаждать и вырывать, обнимать и уклоняться.
Устройство перечня важнее его содержания. Экклезиаст не одобряет и не осуждает ни одного из парных действий; он утверждает лишь, что оба уместны — в своё время.
Отсюда следует, что вся трудность переносится на распознавание срока. Молчать и говорить умеет всякий; определить, какое сейчас время, не умеет почти никто.
Стоики называли это eukairia, благовременность, и считали частью благоразумия. Эпиктет требовал от учеников по большей части молчать — но оговаривал: молчание, когда следует говорить, есть та же ошибка, только обратного знака.
Проверка, которую предлагали древние, состоит из одного вопроса: кому нужно то, что ты собираешься сказать.
Ответ обычно известен заранее. Отсюда и советы молчать.