Silentium altum — глубокое молчание. Вергилий описывает этим тишину, наступившую перед рассказом Энея: все умолкли и обратили лица к нему.
Оборот означает не отсутствие звука, а состояние собрания, готового слушать.
Античная риторика такое состояние считала достижением и добивалась его отдельно. Вступление речи — exordium — имело прямо названную задачу сделать слушателя внимательным, благосклонным и восприимчивым, и Квинтилиан разбирает приёмы для каждой из трёх.
То есть тишину создавали, а не заставали.
Историки театра отмечают, что римская публика была шумной: прологи Теренция полны жалоб на то, что пьесу срывали слухом о гладиаторах или канатоходце.
Стоическая часть касается второй стороны. Бенедиктинский устав отводил молчанию главу и требовал его особенно ночью; монашеские формулы ставили разумное молчание выше пустой речи.
Вергилиево молчание при этом не монашеское.
Оно нужно, чтобы кто-то заговорил.
Различать эти два молчания стоит: первое — условие речи, второе — её замена.