Ubi iudicat qui accusat, vis non lex valet — где судит тот, кто обвиняет, там правит сила, а не закон. Строка формулирует то, что право закрепило правилом: никто не судья в собственном деле.
Основание не в недоверии к людям, а в устройстве. Обвинитель обязан быть пристрастным — это его роль; судья обязан не быть. Совмещение упраздняет не беспристрастность, а саму процедуру.
Рим знал и обратные периоды. При Тиберии дела о величии рассматривались так, что обвинение и решение сходились в одних руках, и Тацит описывал результат подробно.
Стоическая часть касается внутреннего суда, где роли совмещены по необходимости. Человек в собственном деле — и обвинитель, и защита, и судья, и свидетель.
Секстий разбирал день вечером и, судя по описанию Сенеки, вводил процедуру именно поэтому: разбор открывался и закрывался, приговор выносился один раз.
Психологи описывают устойчивое: люди замечают предвзятость у других и не замечают у себя. Пронин с коллегами в 2002 году назвал это слепым пятном предвзятости и получил эффект даже у тех, кому механизм объяснили заранее.
Отсюда единственное доступное средство. Позвать третьего.
Римляне называли это коллегией и начинали её с трёх.