Иеремия Бентам был вундеркиндом, поступил в Оксфорд в двенадцать лет, получил юридическое образование и не практиковал, посвятив жизнь проектам законодательной реформы.
Принцип полезности он формулирует в первой же фразе «Введения в основания нравственности и законодательства»: природа отдала человечество во власть страдания и удовольствия, и они определяют, что мы делаем и что должны делать. Мерилом правильности поступка служит наибольшее счастье наибольшего числа. Он предлагал даже способ подсчёта — по силе, длительности, достоверности, близости, плодотворности, чистоте и охвату.
Следствия он выводил без оглядки на приличия своего времени. Естественные права он называл чепухой на ходулях. Написал трактат в защиту декриминализации однополых отношений, не решившись его напечатать. Требовал, чтобы страдание животных учитывалось, поскольку вопрос не в том, могут ли они рассуждать, а в том, могут ли страдать.
Паноптикон — проект тюрьмы, где надзиратель невидим для заключённых, а они видны всегда, — он продвигал годами, но тюрьма не была построена. Фуко потом сделал из этой конструкции образ всей дисциплинарной власти.
Что читать
«Введение в основания нравственности и законодательства», главы I–IV.
Был ли Бентам стоиком?
Нет. Бентам — английский юрист и философ-утилитарист, и его принцип полезности несовместим со стоическим учением. Стоики считали благом одну добродетель, а удовольствие и страдание — безразличными вещами. Бентам же именно удовольствие и страдание делает мерилом поступков.