Сципион Эмилиан стоял над гибнущим Карфагеном в 146 году до нашей эры. По Полибию (XXXVIII.22), он смотрел на город, заплакал и привёл строку Гомера: «Придёт день, когда погибнет священная Троя». Полибий, бывший его наставником, спросил, что это значит. Сципион, по свидетельству Полибия, прямо назвал свою родину: он думал о том, что так же может погибнуть и Рим. Полибий слышал это сам и записал.
Полибий и стоик Панетий бывали у Сципиона. В «О государстве» (I.34) Цицерон устами Лелия вспоминает, как Сципион часто беседовал с Панетием в присутствии Полибия.
Победа и предел могущества
Сцена у разрушенного Карфагена меняет привычный смысл военной победы. Сципион смотрит на поражение врага и думает о возможности такой же судьбы для собственной родины. У Полибия это размышление возникает из конкретного исторического события, а не из отвлечённого изречения о непостоянстве удачи.
Рассказ Полибия и диалог Цицерона нужно читать как разные виды источников. Первый передаёт свидетельство о пережитом событии, второй использует Сципиона как собеседника в философском обсуждении государства. Знакомство с Панецием объясняет близость Сципиона к стоическому кругу, но не позволяет приписать ему все положения школы.
Что читать
Полибий, «Всеобщая история», книга XXXVIII, 21–22: разрушение Карфагена. Цицерон, «О государстве»: диалог, в котором Сципион главный собеседник.
Был ли Сципион Эмилиан стоиком?
Частично. Сципион был близок к стоику Панетию и беседовал с ним о государственном устройстве, но источники не называют его членом школы.