Милет, вторая половина шестого века до нашей эры. За сто лет три человека подряд задают один вопрос: из чего сделано всё? Фалес отвечает — из воды. Анаксимандр — из чего-то бесформенного и безымянного, апейрона. Анаксимен, их младший современник, смотрит на туман над гаванью и предлагает третий вариант: из воздуха.
Аргумент у него куда конкретнее, чем у предшественников, — почти на ощупь. Сожми губы плотнее — выдыхаемый воздух холоднее. Раскрой рот шире — теплее. Значит, плотность воздуха меняет его качества. Сгусти сильнее — получишь туман, потом воду, потом землю, потом камень. Разреди — получишь огонь. Одно вещество, разная плотность, разные лица.
Даже душа, говорит Анаксимен, — это воздух, просто он держит тело изнутри так же, как воздух держит космос снаружи.
Звучит наивно теперь. Но принцип — что разные состояния вещества суть одно вещество в разной плотности — правильный. Милету просто не хватало ещё двух тысяч лет и понятия атома.
Три мыслителя, один город, сто лет — и рождается идея, что природу можно объяснять природой, а не капризом богов. Скромное начало для такой большой привычки, которая жива до сих пор.