Res age quae prosunt, rursus vitare memento — делай полезное и помни, чего избегать. Дистих продолжается объяснением: в чём ты видишь вред, того сторонись.
Две половины поставлены рядом намеренно, и вторая труднее. Список того, что делать, составляется охотно; список того, чего не делать, требует признать, что нечто вредит, — и обыкновенно вредит приятным образом.
Публилий Сир заметил, что страсть размышляет о том, чего хочет, а не о том, что подобает.
Стоическая часть касается того, что список избегаемого назначается заранее. Сенека настаивал: решение, которое понадобится в возбуждении, принимают на трезвую голову и в письменном виде.
Гольвитцер с девяностых показывал, что намерения, привязанные к конкретному условию, исполняются заметно чаще общих; отдельно измерялось, что запретительные намерения работают хуже разрешительных — «если предложат, откажусь» слабее, чем «если предложат, скажу вот эту фразу и уйду».
То есть вторая половина дистиха требует не решимости, а формулировки.
Катон учил этому десятилетних, и формулировку они получали готовой.
Взрослому её приходится составлять самому.