Флоренция, 27 января 1302 года. Данте в этот момент в Риме, в составе посольства. Ему тридцать семь лет, он только что побывал приором — одним из шести правителей города — и успел нажить врагов на обоих флангах флорентийской политики.
Приговор: изгнание, штраф в пять тысяч флоринов, запрет занимать должности. Через два месяца добавят — если поймают, сожгут живьём.
Он не вернётся. Никогда.
Он будет скитаться двадцать лет — по дворам итальянских сеньоров, в Вероне, в Равенне. Будет писать трактаты о языке и о монархии. Будет надеяться на амнистию — безуспешно. В 1315 году Флоренция предложит ему вернуться при условии публичного унижения — он откажется и напишет: разве не везде под небесами светит солнце? Разве не везде я могу думать?
В изгнании он пишет «Божественную комедию». Помещает туда своих врагов в ад — с хирургической точностью, по имени и фамилии.
Это его способ вернуться в родной город, не возвращаясь. Уничтожить обидчиков, не поднимая руки. Пережить всех — в тексте, который прочтут через семьсот лет те, чьи собственные обидчики давно забыты вместе с ними самими.
Флоренция официально реабилитирует Данте в 2008 году. Он к тому моменту уже ничего не почувствует по этому поводу — как, впрочем, и всегда.