Александру двадцать лет. Он только что стал царём после убийства Филиппа, только что подавил восстание Фив. Он едет на Истмийские игры в Коринф — и специально идёт посмотреть на Диогена.
Диоген лежит на солнце. Александр подходит, смотрит на него сверху вниз. Говорит: я Александр Великий. Проси чего хочешь.
Диоген: отойди, ты загораживаешь мне солнце.
Александр потом скажет свите: если бы я не был Александром, я хотел бы быть Диогеном.
Красиво звучит. Но сам Диоген, узнай он об этом, вряд ли был бы польщён — он не хочет быть Александром ни в каком смысле, ни на минуту.
Диоген живёт в большом глиняном сосуде у афинского рынка. Выбрасывает вещи одну за другой: увидел, как мышь находит пищу без тарелки, — отказался от тарелки; научился спать без подушки; оставил только миску — пока не увидел мальчика, пьющего воду из горсти, и выбросил миску тоже.
Это не аскеза ради аскезы. Это эксперимент: что человеку нужно на деле? Ответ каждый раз оказывается — меньше, чем он думал минуту назад.
Александр завоюет полмира. Диоген не завоюет ничего. Оба, по преданию, умрут в один и тот же год — и никто до сих пор не может уверенно сказать, кто из двоих в итоге выиграл больше.