Диоген Синопский — основатель кинической школы, философ без дома и имущества, который проверял на прочность общепринятые обычаи. Сочинения ему приписывали, но уже в древности спорили, писал ли он вообще. Поэтому о нём известно из анекдотов, собранных Диогеном Лаэртским в шестой книге его жизнеописаний. Стоики многое взяли у киников: Зенон Китийский начинал как ученик киника Кратета.
Изгнанник из Синопа
По Диогену Лаэртскому (VI.20–21), Диоген был сыном синопского менялы Гикесия. Источники расходятся в подробностях, но сходятся в главном: монету в Синопе испортили, а Диогена изгнали. Одни называли виновным отца, которому доверили городскую казну, другие самого Диогена, и в сочинении «Пордал» он, по Диогену Лаэртскому, сам признавался в порче монеты. По одной из версий, он спросил оракула, можно ли ему заняться порчей монеты, и бог разрешил «изменить государственную монету». Диоген, пишет Диоген Лаэртский, не понял смысла ответа и начал чеканить фальшивую монету.
В Афинах он пришёл к Антисфену, ученику Сократа. Антисфен учеников не принимал и отгонял Диогена. Однажды он замахнулся на него палкой, а Диоген подставил голову и сказал: бей, не найдёшь палки, достаточно крепкой, чтобы прогнать меня, пока мне есть что от тебя слышать (VI.21).
Бочка, плащ и светильник
По словам Диогена Лаэртского (VI.23), Диоген попросил знакомого найти ему хижину, тот замешкался, и тогда Диоген поселился в бочке при храме Матери богов. Об этом он сам писал в письмах. Он носил сложенный вдвое плащ, сумку и посох (VI.22–23). Летом он катался по раскалённому песку, зимой обнимал заснеженные статуи, приучая себя к лишениям. О стоической версии такой практики мы пишем в гайде о добровольном дискомфорте. Увидев мальчика, пившего воду из ладоней, он выбросил свою чашку: ребёнок опередил его в простоте жизни (VI.37).
Доводы он часто показывал действием. Когда кто-то доказывал, что движения не существует, Диоген встал и прошёлся (VI.39). Платон определил человека как двуногое животное без перьев, и Диоген ощипал петуха и принёс его в школу со словами: «Вот человек Платона». К определению после этого добавили: «с широкими ногтями» (VI.40). Он просил подаяние у статуи, а на вопрос зачем отвечал, что тренируется получать отказ (VI.49).
Самый известный его поступок занимает у Диогена Лаэртского одну строку: днём Диоген зажёг светильник и ходил с ним, повторяя «Я ищу человека» (VI.41).
Александр, пираты и Ксениад
Диоген Лаэртский (VI.38) помещает встречу с Александром Македонским в Кранейоне, гимнасии под Коринфом. Диоген грелся на солнце, Александр подошёл, предложил просить любой милости, и услышал в ответ: «Отойди от моего света». Плутарх в жизнеописании Александра (14) добавляет, что спутники царя смеялись над философом, а сам Александр сказал: будь я не Александром, я хотел бы быть Диогеном.
По Диогену Лаэртскому (VI.74), на пути на остров Эгина Диогена захватили пираты, увезли на Крит и выставили на продажу. На вопрос, что он умеет, он ответил: «Править людьми». Он показал на коринфянина в одежде с пурпурной каймой и сказал: «Продайте меня ему, ему нужен хозяин». Ксениад купил его, привёз в Коринф, поручил ему детей и вверил весь дом. Диоген управлял так, что Ксениад ходил и повторял: «В мой дом вошёл добрый гений» (VI.74). По Эвбулу, Диоген учил сыновей Ксениада верховой езде и метанию дротика, а также заставлял учить наизусть отрывки из поэтов (VI.30–31).
Когда у него сбежал раб Манес, друзья советовали его вернуть. Диоген ответил, что смешно, если Манес может жить без Диогена, а Диоген без Манеса не может (VI.55).
Гражданин мира и кинический путь к Зенону
На вопрос, откуда он родом, Диоген отвечал, что он гражданин мира (VI.63). Эти слова Диоген Лаэртский приводит среди других ответов Диогена. Мысль о гражданстве, не ограниченном родным городом, стоики развили позже, и о космополисе стоиков говорит гайд о социальном мозге.
Учеником Диогена считали Кратета Фиванского, раздавшего своё состояние гражданам (VI.87). Диоген Лаэртский оговаривается (VI.85), что по Гиппоботу Кратет учился у Бриссона. Кратета слушал Зенон: после кораблекрушения он зашёл в афинскую книжную лавку, прочитал вторую книгу «Воспоминаний о Сократе» Ксенофонта, спросил, где искать таких людей, и продавец указал ему на проходившего Кратета (VII.2–3). Зенон был слишком стыдлив, чтобы перенять кинический стиль, и Кратет, желая его излечить, заставил его пронести через Керамик горшок с чечевичной похлёбкой, а потом разбил горшок палкой (VII.3). Свою «Политию» Зенон написал, по шутке современников, «на собачьем хвосте» (VII.4).
Стоик Аполлодор называл кинизм кратчайшим путём к добродетели (VII.121). Сам Диоген Лаэртский пишет (VI.104), что между двумя школами есть тесное родство. Эпиктет посвятил киникам отдельную беседу (III.22) и описал в ней идеального киника как человека, на которого возложила эту задачу божественная воля.
Смерть
Диоген Лаэртский (VI.76–79) приводит несколько рассказов о конце Диогена. По одному, ему было около девяноста, и он умер от колик после сырого осьминога. По другому, он добровольно задержал дыхание. По третьему, его укусила собака, когда он делил осьминога между собаками. По одним рассказам, он завещал бросить его тело без погребения на съедение зверям или в ров, по другим, в Илисс, чтобы оно пригодилось «братьям» (VI.79). Ксениаду Диоген сказал, что хочет лечь лицом вниз, потому что скоро низ станет верхом (VI.32). Деметрий Магнесийский, по Диогену Лаэртскому, сообщает, что Диоген умер в Коринфе в тот же день, что Александр в Вавилоне (VI.79). Над могилой у ворот на Истм поставили колонну с собакой из паросского мрамора (VI.78).
Что читать
Основной источник — шестая книга Диогена Лаэртского, где рассказ о Диогене занимает параграфы 20–81. Список сочинений приводится в параграфе 80, но там же сказано, что Сосикрат и Сатир отрицали, будто Диоген оставил что-то написанное. Для чтения по-английски подойдёт собрание «The Cynics: The Cynic Movement in Antiquity and Its Legacy» (1996) под редакцией Р. Брэнема и М.-О. Гуле-Казе. Переводы анекдотов с комментариями собрал Робин Хард в книге «Diogenes the Cynic: Sayings and Anecdotes» (2012). О кинических корнях Стои пишет Джон Селларс в книге «Stoicism» (2006). Беседу Эпиктета III.22 стоит прочесть отдельно: там подробный портрет идеального киника.
Был ли Диоген Синопский стоиком?
Нет. Диоген жил до основания Стои и принадлежал к киническому движению, которое ранним стоикам было близко. Через Кратета, которого традиция считает его учеником, он связан с Зеноном. Диоген Лаэртский отмечает «тесное родство» двух школ (VI.104), а стоик Аполлодор допускал, что мудрец может жить как киник (VII.121). Но Зенон не перенял кинической бесстыдности (VII.3), а стоики учили, что мудрец при случае займётся политикой и заведёт семью (VII.121).