Non est in rebus vitium sed in ipso animo — «порок не в вещах, а в самом духе». Сенека пишет Луцилию, что тот откладывает философию до времени, когда обеспечит себе достаток. И отвечает: как раз наоборот. Бедность мешала бы, будь она злом; но тогда почему Диогену в бочке она не мешала, а иным во дворце тесно? Значит, тяжесть не в вещах. Тяжесть — в том, что о них думают.
Это самое сердце стоической психологии, и его легко принять за призыв смириться. Он не об этом. Сенека не говорит, что бедность хороша. Он говорит, что она безразлична — и что тот, кто записал её во зло, будет бояться её и в достатке, потому что достаток можно потерять. Страх — не свойство вещи. Это свойство записи.
Диоген, увидев ребёнка, пьющего из ладоней, выбросил свою чашку. Не из аскезы. Просто понял, что носил лишнее.
Ричард Лазарус в 1984 году сформулировал то, что стало основой когнитивной теории стресса: не событие вызывает реакцию, а его оценка. Между вещью и переживанием стоит суждение, и суждение можно менять. Стоики знали это без лабораторий. Им хватало Диогена и чашки.