Луций Сергий Катилина происходил из старинного патрицианского рода, обедневшего до незаметности. Дважды он добивался консульства и дважды проиграл, второй раз — Цицерону, человеку без предков, что для патриция было унизительно вдвойне.
Программа, с которой он шёл, состояла в отмене долгов. Должников в Риме было много: разорившиеся ветераны Суллы, обнищавшая знать, италийские земледельцы. Саллюстий, писавший об этом через двадцать лет, признаёт, что почва была подготовлена не Катилиной.
После второго провала он начал готовить переворот. Цицерон, узнав о заговоре от осведомителей, собрал сенат в храме Юпитера Статора и объявил о нём публично.
Катилина явился на заседание. Саллюстий и Цицерон описывают одно и то же: сенаторы, сидевшие рядом, встали и пересели, и он остался на скамье один. Затем прозвучала первая речь — та самая, с вопросом, доколе он будет злоупотреблять их терпением.
Катилина попытался отвечать, был перекричан и вышел. В ту же ночь он покинул Рим и уехал к войску в Этрурию.
Погиб он в бою при Пистории в начале следующего года. Саллюстий, не питавший к нему сочувствия, счёл нужным записать, что тело нашли далеко впереди своих, среди врагов, и что он ещё дышал, сохраняя на лице свирепость, которая была ему свойственна при жизни.