Марк учреждает в Афинах небывалое: четыре кафедры философии — по одной на каждую большую школу, платоников, аристотеликов, стоиков, эпикурейцев, — с жалованьем от казны. Плюс кафедры риторики. Впервые философию содержит государство.
Он мог бы тратить казну на арки, статуи себе, игры. Тратит на учителей.
Причём делает это по совести до мелочи: спорит, кого назначить, следит, чтобы место досталось достойному, а не пронырливому. Знание, рассуждает он, — общее благо; если государство кормит легионы и дороги, отчего бы ему не кормить и тех, кто учит людей думать и жить.
Афины, платаны, портики, молодёжь, стекающаяся слушать теперь уже не за свой счёт.
Император-философ не написал трактата для потомков сверх записок для себя. Зато оставил другое: устроил так, чтобы философию в Афинах преподавали и после него, на общественный кошт.
Мы считаем образование статьёй расходов, которую урезают первой. Он полторы тысячи лет назад решил, что учить думать — забота государства, и подкрепил решение казной.