Паскаль — математик, знавший славу с юности, — под конец жизни, больной, измученный, обдумывает место человека в мире и записывает мысли на клочках, набело так и не сведя. Одна из них станет знаменитой.
Он смотрит на человека посреди громадной вселенной — и видит, как тот ничтожен.
Человек — всего лишь тростинка, самое хрупкое в природе; капли воды довольно, чтобы его убить. Вселенная раздавит его, не заметив, как давят былинку; ей для этого не нужно ни оружия, ни усилия — довольно сквозняка, довольно камня.
И всё же, продолжает Паскаль, человек выше того, что его убивает.
Ибо он тростинка мыслящая. Вселенная раздавит его — но он знает, что умирает, знает и своё ничтожество, и превосходство вселенной; а вселенная не знает ничего. Всё наше достоинство — в мысли. Не пространством нам возвыситься над космосом — им нас не измерить, для него мы точка; а мыслью, которая вмещает и объемлет весь этот раздавливающий нас космос.
Больной за столом, разрозненные клочки, строка о тростинке, которая мыслит.
Он не стал утешать человека мнимым величием. Он признал всю его хрупкость — и в ней же нашёл единственное, но несокрушимое достоинство: раздавленный, он всё равно знает больше, чем то, что его давит.
Мы ищем опоры в силе, размере, прочности — и пугаемся, не находя. Он указал опору там, где её меньше всего ждёшь: мы слабы, как тростник, но мы тростник, который знает, — и этого довольно.