В нескольких диалогах, а также в собственной «Апологии» Сократ прямо упоминает своего daimonion — «демония», или «божественный знак».
Он описывает его так: некий особый голос, который я слышу с самого детства. Когда я собираюсь что-то совершить, этот голос иногда меня останавливает в последний момент. Он никогда ни к чему конкретно не побуждает меня напрямую. Он умеет только запрещать.
Это интуиция, описанная строго изнутри собственного опыта.
Что здесь особенно любопытно: Сократ ни разу не утверждает, что этот внутренний голос как-то объясняет ему причины запрета. Он просто чётко говорит «нет» в нужный момент. И Сократ доверяет этому «нет» без долгих раздумий.
На суде он прямо объясняет судьям: именно поэтому я никогда не занимался активной политикой. Демоний меня всякий раз останавливал заранее.
Современные психологи описывают интуицию как накопленный жизненный опыт, проявляющийся значительно быстрее, чем медленное, последовательное мышление. Сократ описывает, в сущности, то же самое явление — просто через яркий образ внутреннего голоса.
Важнее другое: он доверяет этому голосу — не слепо и безоговорочно, но вполне серьёзно и последовательно. И он чётко разграничивает: голос говорит исключительно о его собственных поступках, а вовсе не о поступках других людей. Это вовсе не пророчество в привычном смысле слова. Это личный внутренний ориентир.
Демоний останавливает его в нескольких по-настоящему важных случаях за долгую жизнь. Ни разу, насколько сам Сократ мог судить впоследствии, этот голос не ошибся.