Юлия Домна была дочерью жреца бога Элагабала из сирийской Эмесы и женой Септимия Севера. Она сопровождала мужа в походах и получила за это титул Матери лагерей. При сыне Каракалле она сохранила влияние и разбирала переписку и прошения.
Филострат сообщает об этом в предисловии к «Жизни Аполлония Тианского». Императрица держала при себе круг людей, занятых словесностью и философией. Он в этот круг входил. Книгу поручила ему она, передав записки спутника Аполлония.
Каким был этот кружок, историки спорят. Одни рисуют настоящий философский салон, другие полагают, что Филострат польстил заказчице. Достоверно, что при её дворе бывали Гален и юрист Папиниан.
Заказ показателен сам по себе. Аполлоний Тианский был странствующим пифагорейцем, аскетом и чудотворцем. В тот век такую фигуру охотно противопоставляли и грубому суеверию, и новой христианской проповеди. Через полтора столетия Иерокл построит на книге Филострата прямое сравнение Аполлония с Христом. Евсевию придётся отвечать отдельным сочинением.
Конец её был тяжёлым. Каракалла убил у неё на глазах младшего сына Гету. Сам он был убит в 217 году. Узнав об этом, Юлия Домна, по сообщению Диона Кассия, уморила себя голодом. У неё была опухоль груди, и болезнь она усугубила намеренно.
Единственное подробное жизнеописание античного философа-чудотворца существует потому, что его захотела прочесть императрица. Книгу эту переписывали полторы тысячи лет. Записок спутника Аполлония, с которых Филострат её начал, не видел больше никто.