Deus vult — «так хочет Бог». По хроникам, толпа на Клермонском соборе в ноябре 1095 года прервала речь папы Урбана этим криком; фраза стала лозунгом Первого крестового похода. Хронисты записали её по-разному — Deus lo vult, Deus vult — и, вероятно, отчасти сочинили: речь дошла в четырёх несовпадающих версиях.
Формула страшна своей структурой. Она не приводит основания — она его заменяет: раз так хочет Бог, спрашивать больше нечего. Ювенал описал ту же грамматику в бытовой сцене: так хочу, так велю, пусть воля заменит доводы.
Бернар Клервоский через полвека проповедовал Второй поход так, что, по преданию, вязы оставались без листьев — люди рвали кресты; поход провалился, и Бернар писал оправдание, где признавал, что не понимает суда Божьего.
Стоики к воле богов относились иначе: у них воля мира открыта разуму, а не противостоит ему. Клеанф просил вести его туда, куда назначено, — и добавлял, что пойдёт сам, потому что понимает.
Эразм, отказавшийся объявить одну сторону сплошь правой, — единственная фигура, которая в этом сюжете держится.
Психология описала механику. Альберт Бандура в 1999 году назвал это моральным разобщением: приписывание действия высшей санкции снимает с исполнителя ответственность и резко расширяет допустимое.