Legis virtus haec est: imperare, vetare, permittere, punire — «сила закона такова: повелевать, запрещать, разрешать, карать». Модестин укладывает всё право в четыре инфинитива, и порядок их выбран не случайно.
Третий пункт обычно проскакивают. Permittere — разрешать: закон связывает и развязывает, и объём дозволенного он определяет так же, как объём запретного. Свобода в римской системе — не пустота, оставшаяся между запретами, а самостоятельное содержание нормы.
Четвёртый пункт стоит последним и по смыслу тоже. Кара у Модестина — не сущность закона, а одно из четырёх его действий, причём завершающее; система, где остались только запрет и наказание, по этому определению законом не будет.
Стоическая параллель здесь прямая. Цицерон в трактате «О законах» выводит закон из разума, а не из принуждения: приказ и запрет там следствия, а не основания.
Четыре глагола. Помнят обычно два — и, как правило, не те.