Nihil tam munitum quod non expugnari pecunia possit — нет столь укреплённого места, которого нельзя было бы взять деньгами. Цицерон приводит это в речи против Верреса, приписывая слова Филиппу Македонскому: тот говорил, что всякую крепость возьмёт, если в неё войдёт осёл, гружённый золотом.
Речь произносилась на процессе, где обвиняемый — наместник Сицилии, ограбивший провинцию, — рассчитывал именно на подкуп суда.
Цицерон построил обвинение так, что подкуп не успел сработать: вместо длинной речи он сразу предъявил свидетелей и документы, и Веррес уехал в изгнание, не дожидаясь приговора.
Историки римского права отмечают, что процессы о вымогательстве в провинциях шли постоянно и кончались обыкновенно ничем: судьями были сенаторы, то есть бывшие и будущие наместники.
То есть формула описывала работающее устройство, а дело Верреса стало исключением.
Стоическая часть касается защиты, которая всё-таки существует. Цицерон нашёл её не в неподкупности, а в скорости.
Публилий Сир заметил, что промедление обкрадывает.
Осёл с золотом идёт медленно.