Post pisces nux sit, post carnes caseus assit — «после рыбы пусть будет орех, после мяса — сыр». Правило из Салернского кодекса, изложенное гекзаметром и потому запоминавшееся с одного прочтения.
Основание чисто гуморальное: рыба считалась холодной и влажной, орех — тёплым и сухим, и одно уравновешивало другое. Теория рассыпалась вместе с учением о четырёх соках, а порядок блюд пережил её и держался на европейских столах ещё столетия.
Занятна тут не диететика, а устройство самого правила. Оно не запрещает и не пугает — оно расставляет: сначала это, потом то. Умеренность в кодексе почти всегда подана как последовательность, а не как отказ.
Стоики обращались с едой похоже. Музоний Руф не требовал воздержания от мяса из отвращения, он выстраивал порядок: сначала то, что нужно, потом то, что приятно, — и обычно до второго дело не доходило.
Орех после рыбы. Основание вымышленное, привычка полезная — редкое и честное сочетание.