Species intelligibilis — «умопостигаемый вид». Схоластический ответ на вопрос, как ум вообще может знать вещь, которая вне его. По Фоме: чувства дают образ, phantasma; действующий разум, intellectus agens, извлекает из него форму, очищенную от материи; эта форма — species intelligibilis — и есть то, чем ум познаёт. Не то, что он познаёт: познаёт он вещь, а вид — средство, как глаз видит не изображение на сетчатке, а предмет.
Различение тонкое и важное: если бы ум знал только свои виды, он был бы заперт в себе. Фома настаивал, что нет.
Стоики держали похожую конструкцию под именем phantasia, впечатления: вещь отпечатывается в ведущем начале, как перстень в воске (Зенон), и разум работает с отпечатком. И тут же вставал их вопрос: как отличить отпечаток от настоящего от отпечатка от кажущегося? Хрисипп отвечал: постигающее представление узнаётся по особой ясности. Академики говорили, что критерий не работает. Спор не закрыт до сих пор.
Практический вывод у стоиков был один: работать с отпечатком, а не с вещью, потому что вещь недоступна, а отпечаток — да.
Когнитивная наука вернулась к тому же. Работы о категориальном восприятии с 1970-х показали, что мы видим не сырые данные, а уже классифицированное: мозг подставляет форму раньше, чем мы осознаём предмет. Схоласты назвали бы это извлечением вида.