Una hirundo non facit ver — одна ласточка весны не делает. Аристотель приводит это в «Никомаховой этике», рассуждая о счастье: как одна ласточка и один тёплый день не делают весны, так и один день или короткий срок не делают человека блаженным.
Эразм внёс поговорку в «Адагии», и она разошлась по Европе, потеряв по дороге вторую половину мысли — самую полезную.
Стоики держали ту же меру и применяли её симметрично. Один сорванный день не доказывает, что человек негоден; одно удавшееся утро не доказывает, что он исправился. Prokope — продвижение — измерялась направлением ряда, а не последним его членом.
Секстий разбирал день вечером, но выводы делал не из одного дня. Хрисипп у кучи зерна показал, где вообще проходят такие границы: ни одно зерно не превращает не-кучу в кучу, а куча всё-таки образуется.
Психологи это знают как ошибку малой выборки: Тверски и Канеман в 1971 году описали, насколько уверенно человек делает общий вывод из нескольких наблюдений.
Ласточка, впрочем, прилетает. Просто она сообщает не то, что ей приписывают.