После «Анны Карениной» Толстой пережил кризис, описанный в «Исповеди»: всё есть — смысла нет. Выход он собирал по крупицам из мировой мудрости, и стоики оказались в первом ряду поставщиков.
Он составил «Круг чтения» и «Мысли мудрых людей на каждый день» — календари, где на каждое утро назначена порция Эпиктета, Сенеки, Марка Аврелия вперемешку с Евангелием и Лао-цзы. Формат, заметим, ровно тот, что у самих стоиков: ежедневная доза, утренний приём. В издательстве «Посредник» его стараниями выходили дешёвые книжки Эпиктета и Марка Аврелия — философия рабов возвращалась к тем, для кого писалась: к людям без библиотек.
Опрощение Толстого — пахота, сапожное ремесло, отказ от собственности — Рим бы узнал без перевода: Музоний Руф учил ровно этому, философ должен работать на земле.
Что читать: «Круг чтения». «Исповедь».
Толстой ушёл из дома в восемьдесят два и умер на железнодорожной станции. Сенека предупреждал: бежать от себя бесполезно. Толстой читал Сенеку внимательнее всех в России — и всё-таки проверил лично.