Дарвину двадцать два года, когда он получает приглашение отправиться натуралистом на военном судне «Бигль» в пятилетнее кругосветное плавание. Отец категорически против подобной авантюры — считает её пустой тратой времени перед серьёзной карьерой священника, к которой готовил сына. Дядя вмешивается и убеждает отца дать согласие.
Уже в первые недели плавания выясняется неприятная деталь, которую никто заранее не предвидел: молодой натуралист безнадёжно, неизлечимо страдает от морской болезни. Он пишет в дневнике с обречённым юмором: страдания от морской болезни превосходят всё, что можно вообразить заранее, — и это будет длиться, с редкими перерывами, практически все пять лет плавания.
Капитан Роберт Фицрой, человек вспыльчивого нрава, поначалу почти отказывает Дарвину от места на корабле по совершенно постороннему поводу — из-за формы его носа, показавшейся капитану-физиогномисту недостаточно решительной для длительного морского путешествия. К счастью для истории науки, здравый смысл в итоге берёт верх над предрассудками физиогномики.
Именно в перерывах между приступами морской болезни, во время долгих стоянок на суше — на Галапагосских островах, в Южной Америке, в Австралии, — Дарвин ведёт скрупулёзные наблюдения за геологией, за вьюрками с разной формой клюва на разных островах, за окаменелостями вымерших гигантских млекопитающих. Именно эти разрозненные наблюдения два десятилетия спустя сложатся в теорию естественного отбора.
Человек, чьё имя навсегда связано с идеей приспособления видов к среде обитания, сам так и не сумел приспособиться к простому морскому качанию палубы под ногами — и тем не менее провёл на этой самой качающейся палубе большую часть из пяти самых плодотворных лет собственной жизни.