Сенеку сослали на Корсику в 41 году по обвинению в связи с Юлией Ливиллой, сестрой Калигулы. Провёл он там около восьми лет.
«Утешение к Гельвии» устроено необычно: сосланный утешает не себя, а мать — в том, что случилось с ним. Он оговаривает эту странность сразу и объясняет, что перебрал все сочинения о скорби и не нашёл случая, где утешал бы человек, сам являющийся причиной слёз.
Довод его состоит в разборе того, что она, собственно, потеряла. Изгнание есть перемена места. Место безразлично, потому что всюду то же небо, те же звёзды и та же природа. Бедность не беда для того, кто не привык к избытку; а он не привык. Бесчестие касается лишь того, кто согласен считать себя обесчещенным.
Отдельно он перечисляет, что она перенесла прежде: потеряла мужа, потеряла внука на двадцатый день после его рождения, схоронила дядю. И указывает, что тогда она справилась.
Есть у него и живая деталь. Он вспоминает, что отец не позволил ей заниматься философией всерьёз, и просит вернуться к тому, что было прервано.
Читается это по-разному. Одни видят твёрдость, другие — попытку человека, которому очень скверно, убедить в первую очередь себя. В пользу второго толкования говорит другое сочинение тех же лет — «Утешение к Полибию», написанное вольноотпущеннику Клавдия и содержащее лесть, за которую Сенеку упрекали потом веками.