Хильдегарда видела с детства и молчала об этом до сорока с лишним лет. Рассказывала она, по собственному признанию, только своему наставнику монаху Фольмару и настоятельнице Ютте.
Перелом она датирует точно: 1141 год. Ей было сорок два года и семь месяцев. По её описанию, огненный свет сошёл на неё и голос велел записывать увиденное.
Она отказалась. И слегла.
Болезнь эта у неё повторялась и раньше, и в жизнеописании она прямо связана с сопротивлением: пока она не начала писать, лежала. Начав, встала.
Дальше ей понадобилось разрешение. Она написала Бернару Клервоскому — самому влиятельному человеку западной церкви. Тот ответил коротко и осторожно: дар от Бога, пользуйся, но не превозносись.
Решило дело другое. В 1147 году в Трире папа Евгений III разбирал её записи, зачитал куски вслух перед собором и одобрил. После этого писать ей стало можно открыто, и она писала тридцать пять лет.
Первую книгу, «Знай пути», она заканчивала десять лет.
Тогда же она добилась и второго: увела монахинь из мужского монастыря Дизибоденберг и основала собственный на Рупертсберге. Аббат отпускать её не хотел — женская община приносила доход, — и она вновь слегла, а потом добилась своего через архиепископа.
Проповедовать ей тоже разрешили. Женщин к этому не допускали. Она объехала с проповедями четыре большие поездки по Рейну и говорила в мужских монастырях и соборах.