Светоний и Дион Кассий описывают эту затею подробно. Гай велел собрать со всего побережья грузовые суда и поставить их в два ряда от Байев до Путеольского мола. Расстояние — около трёх с половиной миль. Настил засыпали землёй и устроили дорогу наподобие Аппиевой.
Причины называют разные. Светоний передаёт слова астролога Фрасилла, сказанные когда-то Тиберию: у Гая столько же надежды стать императором, сколько проехать верхом через Байский залив. Дион полагает, что дело было в желании превзойти Ксеркса с его мостом через Геллеспонт и напугать германцев с британцами слухом о переправе.
Два дня он по этому мосту ездил. Сперва в панцире, который называл доспехами Александра. Потом на колеснице, с добычей и заложниками. К вечеру второго дня был пир на настиле, и часть гостей, по сообщениям, оказалась в воде.
Стоило это, помимо прочего, хлебного подвоза. Стянутые в мост суда не возили зерно, и в Риме поднялись цены.
Сенека писал о Гае много и без снисхождения. В трактате о гневе он приводит его как пример того, до чего доходит власть, не встречающая возражений: Гай считал, что ему позволено всё, и потому не мог остановиться ни на чём.
В январе 41 года его убили в дворцовом переходе собственные преторианцы. Сенату понадобилось полдня, чтобы обсудить восстановление республики, — и к вечеру преторианцы объявили императором Клавдия.