4 января 1960 года. Дорога между Сансом и Парижем. Автомобиль Мишеля Галлимара врезается в платан на обочине. Камю погибает на месте. Ему сорок шесть.
В его кармане находят железнодорожный билет — он планировал ехать поездом, но в последний момент принял предложение друга подвезти на машине, решив, что вместе будет приятнее.
В салоне — портфель, а в нём незаконченная рукопись «Первого человека», автобиографического романа, который он сам считал главной книгой своей жизни, ещё не доведённой до формы, которой хотелось бы.
Нобелевскую премию Камю получил в 1957 году, в сорок четыре, — один из самых молодых лауреатов по литературе. В речи он сказал: художник не может отвернуться от мира, мир всегда выворачивается к нему своей болью, хочет он того или нет.
«Первый человек» опубликуют посмертно, в черновом виде, незаконченным. Читается он как самый живой из всех его текстов именно потому, что не выглажен редактурой, оставлен таким, каким был в момент прерывания работы.
Смерть в автокатастрофе — абсурд в его же собственных терминах: случайная, бессмысленная, без предупреждения, лишённая всякого сюжетного смысла, который хотелось бы найти задним числом. Он написал очень много о том, как жить перед лицом абсурда. Самого его абсурд застаёт врасплох, на обычной дороге, в обычный январский день.
Это не ирония судьбы. Это просто жизнь, устроенная ровно так, как он сам её описывал.