Ксенофан из Колофона — поэт и философ, современник Пифагора. Один из его сохранившихся фрагментов содержит одно из первых в европейской мысли наблюдений об антропоморфизме богов, изложенное почти на ходу, без особой торжественности.
Фрагмент B16: эфиопы говорят, что их боги курносые и чёрные. Фракийцы говорят — что рыжие и голубоглазые, ничуть не похожие на эфиопских.
Фрагмент B15, продолжающий мысль дальше: но если бы быки, лошади или львы имели руки и могли рисовать или создавать вещи точно так же, как это делают люди, — лошади нарисовали бы своих богов похожими на лошадей, а быки, разумеется, похожими на быков, каждый по образу и подобию собственного вида.
Это наблюдение о том, что мы создаём богов по собственному образу, а не открываем их в готовом виде откуда-то извне. Боги здесь — не открытие, а проекция желаний и облика на небо.
Ксенофан при этом не атеист — он верит в одного единственного бога, совершенно непохожего на смертных ни телом, ни разумом: есть один бог, самый великий среди богов и людей, не похожий на людей ни телесно, ни умственно.
Но сама его критика антропоморфизма оказывается по-настоящему революционной для своей эпохи. Спустя две тысячи с лишним лет Фейербах выстроит на похожей идее целую философскую систему: религия как проекция человеческой природы вовне, на небеса.
Ксенофан укладывает всю мысль в одно короткое стихотворение. Лошади нарисовали бы лошадиных богов. Этого достаточно, чтобы мысль осталась в истории на тысячелетия.