Curae leves loquuntur, ingentes stupent — малые заботы говорят, великие немеют. Строка из «Федры» Сенеки; глагол stupere значит оцепенеть, онеметь.
Наблюдение обратное ожидаемому: чем тяжелее, тем меньше слов.
Медицина позднее описала это как отдельное состояние. Психиатры XIX века выделяли ступор при тяжёлом горе; современные руководства отмечают, что первая реакция на утрату у части людей — оцепенение и отсутствие внешних проявлений, и что её ошибочно принимают за чёрствость.
Историки скорби отмечают обрядовое решение той же задачи. Плакальщицы в античных похоронах наняты были именно потому, что близкие могли не выразить ничего: обряд давал выражение вместо них.
То есть немота предусматривалась и покрывалась процедурой.
Стоическая часть касается сроков. Сенека писал Марции, что горе стихает само, и не обещал возвращения в прежнее состояние.
Публилий Сир заметил, что даже по заживлении раны остаётся шрам.
Овидий из ссылки писал, что есть нечто в том, чтобы облегчить беду словами.
Слова приходят позже. Сначала — оцепенение, и оно не признак недостатка чувства.