Квинтилиан преподаёт риторику в Риме на протяжении двадцати лет, получая жалованье прямо из императорской казны, — редкая честь для наставника, обычно зарабатывавшего частными уроками у отдельных обеспеченных семей.
Уйдя на покой, он берётся за огромный труд — «Наставления оратору» в двенадцати книгах. Это не просто учебник технических приёмов красноречия, хотя технической части там тоже достаточно — построение фразы, работа с памятью, тренировка голоса и жестов.
Центральный тезис звучит неожиданно для практического руководства такого рода: vir bonus dicendi peritus — хороший человек, искусный в речи. По Квинтилиану, подлинным оратором в полном смысле слова не может стать нравственно порочный человек, сколь угодно виртуозно владеющий приёмами убеждения. Мастерство без добродетели превращается в простое умение красиво лгать — а красиво лгать способен и обыкновенный софист, чьё ремесло Квинтилиан открыто презирает.
Он подробно разбирает и воспитание будущего оратора буквально с младенчества: советует нанимать кормилиц с правильным произношением, следить, чтобы ребёнок с раннего детства слышал грамотную, чистую речь дома, а не в одних лишь уроках у специального учителя.
Это была не просто прикладная методичка для карьеристов. Это была цельная образовательная философия: слово имеет реальную силу воздействия на людей, а значит, обладать этой силой без должного нравственного основания попросту опасно — прежде всего для самого общества, а не в одном лишь споре с оппонентом.
Квинтилиан читается и переиздаётся столетиями. Эразм Роттердамский называет его среди самых важных для себя авторов древности — спустя четырнадцать веков после написания трактата.