Гней Юлий Агрикола умер в августе 93 года. Тацит при этом не присутствовал: он с женой был в отъезде уже четвёртый год. В биографии он потом отметит, что глаза умирающему закрыли чужие руки.
Книгу он написал через пять лет, при Траяне, когда Домициана уже убили. «Агрикола» — сочинение семейное по поводу и политическое по существу.
Агрикола семь лет управлял Британией и продвинулся дальше всех прежних наместников. При Граупийской горе он разбил каледонцев. Речь, которую Тацит вкладывает в уста их вождя Калгака, содержит фразу, ставшую приговором римскому завоеванию: они создают пустыню и называют это миром.
После триумфальных отличий Домициан отозвал его в Рим и больше должностей не давал. Агрикола не восстал и не интриговал. Он служил, пока позволяли, и молчал, когда не позволяли.
Тацит его за это не осуждает и формулирует прямо: и при дурных государях могут быть великие мужи, а покорность вместе с умеренностью, если приложены труд и усердие, поднимаются на ту же высоту, куда многие взошли гибельным путём, ничем не послужив государству.
В конце появляется слух об отраве. Тацит его не утверждает и не отбрасывает. Он перечисляет то, что видел: частые гонцы от императора, вольноотпущенники из его приближённых у постели больного. Дальше идёт оговорка — доказательств у нас нет.
Себя он тоже не выгораживает. В предисловии сказано, что наши руки отвели Гельвидия в тюрьму.